Интервью с ведущим врачом центра Климченко Н.В.

Как правило, представление алкоголика либо наркомана о своей болезни не соответствует реальной картине — он видит лишь верхушку айсберга: «... ну вчера перепил, стоп отказал», либо: «... я все знаю наркотики — это плохо, так я всегда успею с этим подвязать, вот — с понедельника и начну». Но почему стоп отказал и почему понедельник никак не наступает наши больные не задумываются, а знать и понимать — это разные вещи. «Наркоманию, алкоголизм, любую другую зависимость следует лечить поисками смысла жизни» считает Климченко Н.В. Именно в этой клинике больному помогают, в первую очередь, осознать свою зависимость, а затем начать освобождение от неё.

Н.В.: Зависимость от психоактивных веществ (алкоголизм, наркомания, токсикомания) — семейная болезнь. Во-первых, в 50% случаях она наследуется генетически, во-вторых, даже, если в семье только один алкоголик либо наркоман, то все остальные её члены страдают психологически, а токсическая эмоция и интоксикация чем-либо в метаболизме человеческого организма вызывают практически идентичные разрушения.

 — Почему же столько людей готовы платить, и платят за алкоголь и наркотик ценою в жизнь?

Н.В.: Для нашей болезни характерна фатальная уникальность. Наблюдая за своими пациентами уже 28 лет, я вижу один и тот же сценарий — нежелание признавать себя в одной лодке с собратьями по несчастью. Игра в кривое зеркало: «что я вы посмотрите на него?! Вот он точно алкоголик, а я что, я немного перепил». Эта уникальность опасна, так как не позволяет больному увидеть реальность своего положения. А главное лекарство для наших пациентов это его осознание всего, что с ним происходит, мужество это принять и изменить, и как результат попросить о помощи. Наша химическая зависимость как болезнь «сидит на двух стульях» — это биохимические или метаболические нарушения — болезнь дезадаптации и психологические — это восполнение ресурсной дефицитарности, несостоятельности в этом мире. Алкоголь и наркотики — это великие обманщики, они дают нашим пациентам то, что каждый из них хочет. «Алкоголик — это человек, объятый огнем и бегущий к морю. В море он тонет». Под огнем следует понимать те чувства, от которых ему некуда деться: это стремление избежать ответственности за свою жизнь и все, что в ней происходит, это отсутствии терпимости в достижении поставленных целей, это алекситимия — неспособность высказывать свои чувства. Это ощущение пустоты собственной жизни. Вот эти переживания мои пациенты и пробуют убрать либо дорисовать с помощью алкоголя и наркотика. Недаром их болезни относятся к области наркологии. В основе названия этой области медицины лежит то же слово, что и в основе обезболивания — наркоз. Наркомания — это духовная анестезия. Но духовная анестезия может привести к духовной смерти.

 — Так как же все-таки помочь данным пациентам? Насколько важен для них врач?

Врач — это лекарство, которое, как и каждое лекарство, должно быть адресовано и дозировано. Превышение дозы превращает лекарство в яд. Для наших пациентов очень важна профессиональная зрелость, которая предопределяет целостность личности врача и способность деятельности без проекции. Для этого очень важно всем, кто пытается помогать нашим больным, я знаю это по собственному опыту, преодолеть в себе патернализм и принять старый постулат: врач не имеет права желать пациенту здоровья больше, чем тот сам этого желает. Унять внутренний зуд и перестать спасать и преследовать. И тогда у пациента появится шанс внутреннего развития. Смысл жизни каждого конкретного человека обнаруживается, а не придумывается. Смысл существует не сам по себе, а в той или иной ситуации для конкретного человека. Он уникален. Задача врача — не навязать пациенту смысл, а лишь помочь его найти. Если человек забывает цель и увлекается средствами, у него возникает «невроз выходного дня» — ощущение пустоты собственной жизни. Жертвы этого состояния напиваются или «вмазываются» для того, чтобы спастись от ужаса этой пустоты. Наши пациенты психологически незрелые люди и им необходимо разъяснять богатство мира ценностей и помочь им выработать гибкость и способность переключаться на другую ценностную группу, если к настоящей утрачен интерес Человек должен быть полиаддиктивен, по сути.

 — Сейчас очень много и даже предопределенно говорят о генетической предрасположенности к развитию химической зависимости. Что Вы думаете по этому вопросу?

Н.В.: Я считаю, что мне очень повезло в моей жизни, в 1976 году я пришла в наркологию даже не представляя что такое алкоголизм, либо наркомания, у нас этого не было в стране как факта, а в 1978 году у меня была первичная специализация по наркологии. И вот мой первый преподаватель уже тогда нам объяснял, что в этой болезни больше философии, чем материализма, что это семейная болезнь, что эта болезнь естественного отбора. Алкоголизм и наркомания это не наказание, это испытание рода. В норме мы, люди духовно растем и эмоционально взрослеем, когда испытываем трудности, боль, неприятности. Когда учимся принимать решения и брать на себя ответственность. Вспоминаю эпизод из к/ф «В моей смерти прошу винить Клаву К.»: герой фильма, уч-к 3-го класса влюбился в Клаву из своего класса. Он не мог добиться того, чтобы она обратила на него внимание. И, тогда он все рассказал отцу и на вопрос «что же мне делать, отец?», «Страдать». Нашим больным не позволили страдать, их приучили к ранней анестезии. Недавно прочитала в одной книге, что к жестокому обращению с ребенком относится и такое, когда родители не позволяют ему пережить боль, трудности. Личность составляется из шрамов. А генетика — это необязательность, это предрасположенность. Главное, какие ценности в вашей жизни — такие будут и у вашего ребенка. Цена жизни у человека не должна быть на уровни рюмки, либо «таблетки». Если у человека есть зачем, он вынесет как. У меня российское образование и волей, неволей я чаще бываю там, где мои однокурсники, это Москва, продолжаю работать с группой ученых Санкт-Петербурга по новым направлениям в наркологии. Так вот независимые исследования, проведенные в Санкт-Петербурге, показали, что в истинно трезвых семьях не нашли ни одного наркомана.

 — Сколько же лет человек может прожить с этой болезнью?

Н.В.: Химическую зависимость на сегодняшний день по количеству забранных жизней называют третьей болезнью цивилизации, но я считаю её второй, на первом месте — онкология. Причиной же смерти от сердечно-сосудистой недостаточности в 80% случаев является алкоголь либо наркотик. Просто никто не ставит задачи проследить, что послужило причиной инфаркта миокарда либо фатального нарушения ритма сердца. Наркотик или алкоголь — это не батарейка, которую вставил себе, побегал, вытащил и без последствий, нет, эти все ощущения за счет здоровья пациента. Со временем меняется форма потребления психоактивного вещества, растет доза, которая может вызвать эйфорию, которую организм уже настоятельно требует и наступает момент, когда наступает истощение. Алкоголики умирают тихо в молодом возрасте: просто не просыпаются и мучительно после 55 лет — инсульт или цирроз печени.

 — Насколько я понимаю, что лечение болезней это лекарство, капельницы, а Вы «...род, духовность, смысл», а как же быть с телом — оно же болит?

Н.В.: Один из моих пациентов, а они в большей своей массе сильные с высоким интеллектом люди, сказал удивительную вещь: «религия для тех, кто не хочет в ад. Духовность для тех, кто уже побывал в аду и не хочет туда возвращаться». Я испытываю удивительное чувство духовного удовлетворения, наблюдая за выздоровлением своих пациентов. Выздоровлением не телом — сейчас достаточно методов лечения метаболических нарушений, которые возникают у наших больных. Программы вывода из запоя, снятия «ломки» у наркоманов, купирование биохимической тяги к алкоголю и наркотикам, мощные восстановительные аминокислотные программы, нейропептиды, информационные медицинские технологии, препараты длительного блокирования действия наркотика — всё это есть в нашей клинике, это моя профессиональная честь — качество лечения, но — это все тело. А вот как человеку разобраться каким он должен быть, в отличии от того. Каков он есть? На этот вопрос есть ответ у Гёте: «Размышляя — никогда, но только действуя! Старайтесь исполнить свой долг и вскоре вы узнаете кто вы. А что тогда является вашим долгом? Требования каждого дня!». Когда мои пациенты наконец-то начинают быть действительно в процессе самоизлечения, им требуется помощь на всех уровнях. Их тела больны, в чувствах и умах — сумятица, они находятся в состоянии духовного банкротства. Они начинают поиск пути к себе. Их мучительный окольный путь зависимого поведения приводит к собственной мудрости, а это и есть выздоровление. На выздоровление иногда уходит вся оставшаяся жизнь. Главное не лгать пациенту, «если мы относимся к людям так, как будто они уже таковы, какими они потенциально способны быть, мы помогаем им стать такими. Для кого-то годы, которые они потратили на «духовную анестезию» и забыли в действительности, кто они есть, становятся потом фоном для возрождения себя. А кого-то этот фон уводит в самобичевание и как следствие — рецидив болезни.

 — Так все-таки проблема химической зависимости это медицинская проблема или психологическая?

Н.В.: Вы знаете, с учетом тех направлений, которые сейчас разрабатывается в реабилитационных программах выхода из химической зависимости, можно говорить о многомерности подхода к данной проблеме — это и психологическая, это и социальная, это и медицинская, это и биологическая, это и духовная и т.д. Только биопсихосоциальный подход является единственно возможным в лечении данных заболеваний.

 — Многие считают, что алкоголь помогает снять напряжение, расслабиться. Одни ходят в кино, занимаются спортом, другие считают, что алкоголь и наркотики обеспечивают им отдохновение от жизненных забот.

Н.В.: Наше тело живет обменом веществ, а голова символами. Утверждение, что рюмка либо наркотик снимает стресс это ошибочный символ в больной голове. И рюмка С2H5OH, и наркотик (в зависимости от вида), имеют химическую формулу, которая, поступая в биохимическую лабораторию тела вызывает ответную биохимическую реакцию, например — ацетальдегид — виновник тяжелого похмелья, а в перспективе — цирроза печени. О каком снятии стресса идет речь?. Это утверждение является «платьем голого короля».

 — То, что мы видим на улицах, в домах, приютах для брошенных детей и в наркологических отделениях заставляет задавать себе вопрос, что делать?

Образ непьющего, спортивного, чистого, хорошо пахнущего, отлично одетого, делового, компетентного мужчины начинает появляться в общественном сознании. Не пьет! И это уже не коробит, и не вызывает подозрений типа «вшился», «закодировался», «болен чем-то», «сволочь, наверное». Наше сознание уже готово к освобождению от опасных символов, а успехи наркологии позволяют телу освободится от биохимического плена. Клиника «ПОЛИНАР» создана для меня моим бывшим пациентом, что и подтверждает, что химическая зависимость — это не обреченность.